Simple-"пробка"

Есть в Москве уважаемый мною журнал SWN ("Простые винные новости") - пока уважаемый:(
Дитё одноименной виноторговой компании Simple, журнал фактически является отличной дизайнерской "витриной" для создателей компании, ее вин, и проектов партнеров. Читать его сложно, перелистывать приятно - благодаря дизайну и полиграфии.

А вот с интернет-вывеской журнала не заладилось - посещемость низка и сайт подвис еще в июне 2008 года.

Просто "пробка" получается:)

Винное путешествие по Тоскане и Пьемонту

Фото: 1 из 8

Здесь побывала Анна Наринская («Weekend» № 34(80) от 05.09.2008):
"Очень много солнца. Оно растворено в воздухе, оно упирается лучами в склоны холмов, запутывается в виноградных листьях, впитывается в поры мраморных плит, которыми выложена терраса, искрит в воде бассейна. Оно проникает под установленные над столами полотняные зонты, попадает в тарелки, в бокалы, бликует на стеклах непременных черных очков. Одно из вин, которое здесь — в винодельне под названием Capannelle — производят, назвали Solare. В этом есть даже что-то языческое — посвящение, дань солнцу, которое не только дает лозе спелость, но и освещает один из лучших пейзажей на свете.

Хозяйство Capannelle находится в Тоскане. И не просто в Тоскане, а в самом сердце региона Кьянти, чье имя ласкает слух даже тем, кто вину предпочитает воду или водку. Старинная ферма, где кроме прочего имеется еще гостиница на пять номеров, расположена на вершине холма, по которому виноградники сбегают вниз, к деревушке под названием Гайоле, чей вид, кажется, совсем не изменился века с XVI. Прямо за горсткой розоватых домиков начинаются новые холмы, уходящие вдаль и строго геометрически расчерченные линейками виноградников с вкраплениями светлых пятен, обозначающих такие же деревушки. Вообще, Тоскана — это такое противоядие теперешней моде на "первозданность", на дикость, на всяческие джунгли. Облик этой земли так ласкает взгляд во многом потому, что ее возделывали веками, кропотливо и нежно, создав в конце концов удивительный баланс между твореньем божьим и человеческим. Между ландшафтом и пейзажем. Нам такая гармония кажется утопической, и такими же фантастическими, выдуманными представляются нам выверенные пейзажи задников возрожденческих картин — например, идеальное сочетание деревьев, изгиба ручейка и пашни, открывающееся за плечом Джоконды. Между тем с террасы в Capannelle открывается практически такой вид.

И было бы неудивительно, если бы бизнесмен из Рима Рафаэле Розетти в 1974 году приобрел это фермерское хозяйство исключительно из-за красоты местности. Но синьор Розетти не собирался любоваться видами — он был полон решимости заняться виноделием. Capannelle повезло: оказалось, что новый хозяин обладает качеством, называемым сегодня vision — в его случае это слово означает умение идеально сочетать инновационный подход в виноделии с драгоценными традициями.

Первопроходцем Рафаэле Розетти не был. К тому времени, как он обосновался в Тоскане, там уже производили Sassicaia — вино, позволившее тосканским винам составлять на мировой арене конкуренцию винам бордоским. Вино, появившееся благодаря желанию виноделов обойти строгий и довольно старомодный регламент производства кьянти и ставшее родоначальником знаменитых "супертосканских" вин. Для Рафаэле Розетти потенциал "супертосканских" был очевиден. И он оказался прав — к середине 90-х вина Capannelle стали уже знамениты, пусть и в узких кругах, а в 1997 году винодельню купил Джеймс Шервуд, директор и основатель сети отелей Orient-Express. Никаких драматических изменений ни в команде, ни в стратегии Capannelle не произошло, а Рафаэле Розетти остался в винодельне на должности консультанта.

В Capannelle производят всего 77 тыс. бутылок вина в год и к увеличению объемов производства не стремятся. Совсем немного белого — прекрасного, выдержанного в барриках шардоне, а еще то самое Solare, Chianti Classico Riserva и местный хит под названием 50&50. Это персональное детище синьора Розетти, решившего в конце 80-х в качестве эксперимента смешать собственный капаннеллиевский виноград сорта санджовезе с монтепульчанским мерло. И именно потому, что это маленькое хозяйство, можно сказать принципиально маленькое, отсюда очень хорошо начинать винное путешествие по Тоскане и Пьемонту. Возможности винного туриста здесь видны как на ладони, представлены a la carte. И это не только возможность совсем другим, отдельным образом оценить вино, его вкус, запах и цвет, в которых — вы увидите — запечатлены окружающий пейзаж, дух места, настроение (ставшее общим местом сегодня слово terroir мы здесь применять не будем), но и наоборот — почувствовать местность через вино.

А еще в винном туризме что прекрасно? Он отнюдь не отменяет туризма обычного. В сорока минутах автомобильной езды от Capannelle находится город Сиена. Объяснять про этот город, наверное, ничего не надо, так что обойдемся напутствием: если кто-нибудь станет вам говорить, что похожая одновременно на суповую тарелку и театральную декорацию сиенская Piazza del Campo не одна из лучших площадей в мире, свободно вызывайте этого лгуна на дуэль. Кстати, при всей своей декоративности Piazza del Campo размеров довольно внушительных. Кажется, на ней спокойно могла бы разместиться целая итальянская деревня. Например, деревня Монтальчино, которая в реальности находится километрах в пятидесяти от Сиены и в нашем понимании представляет собой, конечно, не деревню, а городок, окруженный крепостными стенами XIII века и с музеем, хранящим Лоренцатти и Симоне Мартини. Правда, Симоне Мартини в Италии никого не удивишь, так что знаменит городок Монтальчино вином Brunello di Montalcino. (Brunello — на местном диалекте это слово означает "приятно темный" — местный вид винограда сорта санджовезе.) Вином здесь занимаются практически все — вином, или чем-нибудь имеющим к нему отношение. На винодельне Castello Banfi, например, кроме собственно вина производят еще еду мишленовского качества. То есть в прямом смысле — ресторан Castello Banfi не так давно получил мишленовскую звезду. Но сам Castello, замок, производит впечатление даже большее, чем запеченный в душистых травах ягненок в сопровождении Brunello di Montalcino урожая 90-го года. Это невероятно мощное сооружение, когда-то служившее защитным форпостом Республики Сиена. Прекрасно сохранившееся крыло, датируемое XI веком, являет собой прямо-таки наглядное пособие к изучению романской архитектуры. К романской части замка примыкает Il Borgo — средневековая деревушка, где с XIII века по конец XX жили обслуживающие замок люди, теперь превращенная в не лишенный элегантности и уж точно вполне импозантный отель. Всем этим — и отелем, и мишленовской звездой — Castello Banfi обязан американским бизнесменам Джону и Гарри Мариани, которые в 1984 году купили замок, присоединив это имение к приобретенным за несколько лет до того виноградникам в южной части Тосканы. То есть роскошь Castello Banfi в каком-то смысле американская, во всяком случае, американский размах здесь точно чувствуется. А чтобы увидеть размах чисто итальянский, следует перебраться в Пьемонт.

Попасть из Монтальчино в город Альба, носящий гордое имя столицы пьемонтских трюфелей, можно по автобану, а можно по чудесной прибрежной дороге, выпив в Портофино стакан ординарного белого вина за привычную для москвичей цену €13 и полюбовавшись на то, что уроженец Генуи архитектор Ренцо Пиано устроил из старого порта этого города. Сделать и то и другое нужно непременно, потому что Альба представляет собой полную противоположность и портофинскому гламуру, и генуэзскому сумбуру. Альба принципиально буржуазный город. В этой буржуазности даже почти не итальянский. И при этом везде вокруг него возделывают и производят самую, возможно, модную в мире итальянскую вещь. Barolo.

Barolo — вино умных модников и даже в каком-то смысле выпендрежников. Это настолько очевидно, что пристрастие к этому вину может даже служить знаком, печатью "отличности". Вот, например, в сериале "Секс в большом городе" герой, которого играет Барышников, не только читает стихи Бродского и сооружает световые инсталляции, но и пьет Barolo. А Кэрри и ее злоупотребляющие калифорнийским "Ширазом" подруги не могут ему соответствовать. Соответствовать пьющему Barolo человеку — это не только пить это вино вместе с ним, но и говорить с ним об этом вине. Выпивание Barolo в обязательном порядке предполагает соответствующий разговор. Который, начавшись с обсуждения оттенков "земляного" вкуса этого вина, свободно может перейти на что угодно — на поэзию, на живопись, на современную архитектуру.

За современную архитектуру среди производящих Barolo компаний отвечает винодельня Ceretto. Это семейная компания, которой руководят братья Бруно и Марчелло (в клиентских кругах их называют Barolo Brothers) и их многочисленное потомство. Бруно, которого родные называют креативным двигателем компании, решил воздвигнуть "монумент Barolo". Вместе с парой процветающих туринских архитекторов Лукой и Мариной Деабате он разработал дизайн странного стеклянного сооружения, венчающего погреба Ceretto на холме Bricco Rocche (именно Bricco Rocche называется лучшее Barolo этой винодельни). Надетый на стальной каркас скособоченный куб выглядит среди мирного сельскохозяйственного пейзажа сооружением вполне инопланетным, но при этом странным образом в этот пейзаж вписывается. В прохладное время года помещение внутри куба служит дегустационным залом и оттуда можно увидеть прильнувшую к невысокому замку деревушку Barolo и странную ярко-желто-сине-красную часовню. Это часовня Девы Марии Благодатной — еще один арт-проект компании Ceretto. Она расписана англичанином Дэвидом Тремлеттом вместе с американцем Солом Левиттом — художниками, стремящимися, по их собственному признанию, "производить красоту научными методами". Вписанное в пейзаж, осененное зеленью виноградников, как будто впитавшее цвет солнца очень местное и отчасти инопланетное строение действительно кажется появившимся здесь в результате какого-то высоконаучного волшебства. В которое, кстати, нетрудно поверить — особенно после углубленной дегустации Barolo".

Бургундия - глазами женщины, журналиста, виномана

Фото: 1 из 7

По винным шато Франции отправилась Елена Чекалова, регулярно снабжавшая своих по-читателей рецептами и впечатлениями от поездок и новых блюд. Вот как начала она свой новый рассказ:

"Весь последний год у меня был роман с итальянскими винами. Я сходила с ума от пузырящихся на языке кокетливых просекко, отдавалась соблазнительной сладости амароне, тосковала по трюфельной роскоши бароло. Все они как мачо — веселые, яркие и жгучие; лучший эскорт моей любимой средиземноморской гастрономии. Когда в январе в каком-то безвестном ресторане мне попалась бутылка дорогого бордо, оно мне показалось скучным, как костюм Hugo Boss. Я подумала: французские вина — это вообще не для меня. В ответ на очередную оду итальянцам мой приятель Сандро из винной компании Simple посоветовал не торопиться с выводами и поехать в городок Бон, главный погреб Бургундии. Там, говорил он мне, проходят знаменитые винные аукционы, там самый интересный во Франции музей вина и лучшие по соотношению "цена-качество" винные магазины. Он даже обещал, что мы попробуем вина из хозяйства Романе-Конти, которые стоят до нескольких тысяч евро за бутылку, и при этом мировой спрос на них так велик, что поставщики порой годами стоят в листе ожидания. Добил меня Ришар, мой парижский приятель, профессор кулинарной академии Cordon Bleu. В Бургундии, наставлял он меня, как нигде во Франции умеют готовить птицу и мясо в фантастическом винном соусе, и, мол, есть там какие-то диковинные яйца, которые по типу пашот варят в вине без скорлупы, и, только попробовав это блюдо, поймешь тайну французской кухни. Я поехала".

Но, увы, дабы не быть обвиненным в страшном грехе "копипастинга", отсылаю Вас к первоисточнику (если он еще не запрятан в глубокие архивы на далеких серверах).

(с) Елена Чекалова, журнал «Weekend» № 14(60) от 18.04.2008